Торговый протекционизм США: проигрывают все. Аналитический обзор

Американский аналитик назвал США проигравшей стороной в торговой войне с Китаем и Россией

Торговый протекционизм США: проигрывают все. Аналитический обзор

Очень жаль сообщать эту новость критикам Китая, но торговая война США с КНР проиграна, считает американский обозреватель и экономический аналитик Том Луонго. У Трампа нет рычагов воздействия в торговых переговорах с Китаем. Если бы они были, Китай уже давно заключил бы какую-то сделку, рассуждает он.

Китай и Россия довели производителей в США до банкротства

Похоже, что в Белом доме это никого волнует. Речь идет об игре великих держав, и чиновники Белого дома считают, что, чтобы одна страна выиграла, другая обязательно должна проиграть. Это, конечно, бред.

Торговля – это не тот случай, когда победителем может быть кто-то один. В идеале любая добровольная торговля является взаимовыгодным сценарием как для покупателя, так и для продавца. Иначе торговлю просто не ведут. Проблемы начинаются, когда дело доходит до относительной субъективной ценности обмена.

Китай по-прежнему имеет огромный профицит торгового баланса, и это правда. Но, с точки зрения торговли США, дело не только в каком-то структурном неравенстве, но и в расточительности самого Трампа.

 Сейчас дефицит бюджета США составляет 1 трлн долларов. Это деньги, которые появились из воздуха благодаря облигациям. Облигации на 1 трлн долларов.

Как вы думаете, куда уходят все эти деньги? На Луну? В Лаос?

Нет. Они идут в Китай. И на фондовый рынок США, который так любит Трамп, и в другие места, которые производят товары, которые мы, американцы, покупаем на свои деньги.

Если Трамп хочет выиграть торговую войну с Китаем, ему стоит тратить меньше, позволить потребительским ценам здесь, в Штатах, снизиться, а налоговым сокращениям – продолжать привлекать капитал с помощью ценности, которую способна генерировать американская рабочая сила.

Вместо этого Трамп в прошлом году ввел 10% пошлины на китайские товары, что привело лишь к обострению торгового дефицита с Китаем. Общий дефицит торгового баланса в настоящее время находится на рекордном уровне.

Более того, Китай отреагировал именно так, как и следовало ожидать, позволив юаню обесцениться примерно на 10%. Затем он сократил американский экспорт сои и других продуктов питания.

 Теперь на Среднем Западе фермеры сталкиваются с банкротством из-за отсутствия экспорта в Китай (который теперь покупает все у Бразилии) и массового наводнения после аномально суровой зимы и весны.

Такими же банкротами становятся молочные фермеры Висконсина из-за потока дешевых европейских молочных продуктов, которые удерживают оптовые цены на молоко на низком уровне. Почему это происходит? Потому что Россия ответила на европейские и американские санкции запретом на импорт европейских молочных продуктов.

Китай держит удар

Команда Трампа была бы не в таком бедственном положении со своим торговым дефицитом, если бы Китай по-прежнему переводил свой торговый профицит в казначейские облигации США. Сейчас они этого не делают.

Китайцы удерживают свой запас долга США на уровне 1,1-1,25 трлн долларов уже в течение двух лет. Полученными долларами они финансируют свою инициативу «Один пояс, один путь».

Они также используют их в соглашениях о валютном свопе со странами, которые пострадали от санкций Трампа. Например — с Турцией, Пакистаном и Ираном.

Для параноидальных шизофреников, которые сидят в Белом доме, Китай может быть только угрозой, но никак не помощником США. Опять же, это те люди, которые считают, что победитель может быть только один. Они, как и Трамп, смотрят на все с точки зрения власти. Если китайцы получают деньги, значит, мы их теряем.

Стремление наложить санкции на весь мир приводит к катастрофическим последствиям для мировой экономики. Но таким людям, как Джон Болтон или госсекретарь Майк Помпео, все равно. По их мнению, чем больше страдают наши «враги», тем лучше для нас.

 Будет интересно посмотреть, что Трамп будет делать дальше. Я думаю, что он повысит пошлины до 25%, как и обещал.

А Китай снова прекратит все закупки американской нефти, как это было в период с ноября по март, когда появилась угроза санкций из-за покупки иранской нефти.

«Сила Сибири» знаменует новый этап борьбы

После этого начнется настоящая энергетическая война – Россия запустит «Силу Сибири» и начнет поставлять природный газ в Китай. Китай скажет своим государственным нефтяным компаниям покупать больше нефти у Ирана, снижая при этом свои закупки у Саудовской Аравии, если саудиты не начнут принимать оплату в юанях.

Трамп пытается шантажировать мир дорогими долларами и дешевой нефтью. Но, по мере того, как он саботирует глобальную торговлю и развязывает хаос во всем мире, доллар будет расти, а не падать, поскольку ускорится безумная борьба за доллары для оплаты долгов. Начало уже положено.

Том Луонго

Источник: https://rueconomics.ru/392471-amerikanskii-analitik-nazval-ssha-proigravshei-storonoi-v-torgovoi-voine-s-kitaem-i-rossiei

Перераспределение вместо прорыва: почему контрсанкции обрекают Россию на технологическое отставание

Торговый протекционизм США: проигрывают все. Аналитический обзор

Ограничительные меры могут применяться ради формирования экспортных производств. В этом случае компании в последующем обязуются масштабировать выпуск попадающих под защиту продуктов и выйти на самые разные географические рынки — развивающиеся и развитые.

Иными словами, их выпуск становится конкурентоспособным, а временные протекционистские меры служат одним из инструментов ускорения экономического роста.

Восточноазиатские истории успеха связаны именно с активным использованием государством различных мер индустриальной политики, включая и протекционистские.

Однако если протекционизм применяется для целей импортозамещения, не связанного с последующей экспортной экспансией, или же отводит экспорту не более чем периферийную роль среди результатов индустриальной политики, то от подобных мер сложнее ожидать появления конкурентоспособных производств.

Если протекционизм не нацелен на последующую конкуренцию компании на мировом рынке, то каким образом будет тестироваться ее способность конкурировать? Что является точкой отсчета в конкурентоспособности некоторой фирмы? Другие национальные компании? Но в таком случае конкурентоспособность перестает быть мерой качества.

Напротив, компании, ориентированные на внутренний рынок, могут изготавливать упрощенные и/или недостаточно качественные версии товаров, потому что они работают для небогатых потребителей, — таких как индивидуумы, производители, региональные администрации догоняющих экономик.

Сформированные таким образом производства могут столкнуться с серьезными ограничениями в масштабе выпуска из-за небольшого размера внутреннего рынка. И как только внутренний спрос будет удовлетворен, выпуск таких компаний заметно снизится.

В том случае, если выполнение протекционистских планов подразумевает дальнейшее развитие экспорта, то планы должны отчетливо на это указывать.

Ключевые целевые показатели таких планов недвусмысленно отражают экспортные приоритеты их авторов. Если же в плане экспорт не упоминается, то, скорее всего, авторы предполагают сценарий импортозамещения.

Увы, многие предложения Минпромторга, касающиеся протекционизма, не делают экспорт основной целью государственной политики.

Импортозамещение в глобальном мире

Помимо того, что реализация подобных мер связана с рисками установления долгосрочной политики импортозамещения, она также способна вызвать ответные шаги со стороны стран-торговых партнеров России.

Индустриальная политика, ограничивающая импорт, может быть воспринята как недружественный шаг глобальными технологичными корпорациями, обладающими значительными запасами ноу-хау, выходом на самые разные географические и товарные рынки, связями в рамках глобальных цепочек добавленной стоимости и другими преимуществами.

Последнее не означает, что глобальные компании обидятся и уйдут с российского рынка. Дело в другом. Скорее, у них не будет стимулов к тем формам взаимодействия с российскими производителями, которые позволяют перенести в Россию новые технологии.

Стоит отметить, что именно доступ к национальному рынку нередко становится платой за передачу технологий национальным производителям. Такая политика часто практикуется китайскими властями, в результате чего китайские компании в конечном счете становятся конкурентами своим технологическим донорам.

Российский же рынок заметно меньше китайского, а с ограничениями Минпромторга он становится еще меньше.

Догоняющая экономика не сможет положиться на собственные силы в деле технологического развития — это противоречит существующим в науке и экспертном сообществе представлениям о распространении технологий. Собственные научные исследования связаны с высокой неопределенностью и внушительными затратами.

Крайне сомнительно, что российские компании смогут позволить себе многомиллиардные исследовательские бюджеты, которыми распоряжаются глобальные корпорации.

И даже если представить, что российские корпорации найдут такие деньги, они тут же столкнутся с другим ограничением — острым недостатком человеческого капитала, необходимого для проведения НИОКР.

Таким образом, изоляция российской экономики грозит технологической стагнацией. В результате протекционизм имеет больше шансов не столько помочь восхождению российских компаний по технологической лестнице, сколько заработать за счет существующего, возможно даже давно устаревшего, ноу-хау.

Подчеркнем еще раз, что при обсуждении последнего аргумента индустриальная политика сама по себе не гарантирует ни вреда, ни пользы.

Можно использовать ее для того, чтобы попробовать интенсифицировать процесс перетока технологий от глобальных компаний к российским, для включения российских компаний в глобальные цепочки добавленной стоимости и выхода на новые рынки.

А можно предпринять шаги к деглобализации, потенциально сокращающие возможность к пополнению технологического запаса.

Кому выгодно?

Протекционистские меры нередко эксплуатируют меркантилистскую аргументацию. Хотя в экспертной среде меркантилистские подходы упоминаются преимущественно в связи с демонстрацией преимуществ открытой торговли, их основное предназначение заключается в другом.

Как отмечает в своей новой книге «Откровенный разговор о торговле» гарвардский экономист Дэни Родрик, торговый либерализм улучшает положение потребителя, однако потребители в том или ином виде также участвуют в выпуске товаров и услуг. И чем лучше экономические агенты себя чувствуют во второй роли, тем лучше им удается и первая.

Политика меркантилизма, способствующая формированию новых экспортных отраслей, делает более устойчивым и успешным роль экономического агента в качестве производителя.

Однако в такой аргументации важны детали. Уже упоминалось, что сформированные в рамках политики протекционизма отрасли могут ориентироваться не на глобальный, а на внутренний рынок.

Важно и другое: в условиях, когда в экономике не сформированы институты, отвечающие за снижение неравенства доходов, протекционистская политика в основном действует в интересах руководства компаний, а не в интересах медианного сотрудника. В этом случае подобные меры не исправляют тех проблем, которые создает глобализация.

Делая обзор соответствующих исследований, все тот же Родрик указывает на то, что выгоды США от участия в NAFTA оказались крайне небольшими.

Внутри самих США глобализация создала целые проигравшие регионы, причем от импорта и индустриальной офшоризации пострадали не только рабочие соответствующих производств, но и в целом жители соответствующих городов: снижение доходов ключевого промышленного предприятия привело и к снижению доходов других локальных секторов, например сектора услуг.

Казалось бы, протекционистские меры должны помочь решить проблему проигравших. Однако так ли это на самом деле, зависит от множества обстоятельств. В частности, от того, насколько конкурентным является рынок труда и действуют ли на нем институты, помогающие усилить переговорную позицию работника. Если на рынке труда установилась монопсония (т. е.

диктатура спроса, в данном случае нанимателя.

Forbes), а на стороне работника не играют ни профсоюзы, ни федеральные власти, законодательно определяющие размер минимальной зарплаты, позволяющей сотрудникам зарабатывать доходы, заметно превышающие прожиточный минимум, то протекционистские меры слабо влияют на положение подавляющего большинства тех, кто рискует проиграть от глобализации.

Как представляется, различные сегменты российского рынка труда характеризуются высокой рыночной властью нанимателя, отсутствием профсоюзов и недостаточной поддержкой работников со стороны государства. В подобных условиях протекционистские меры главным образом будут работать на собственников и директорат компаний, подпадающих под защитные меры.

Таким образом, ограничение импорта Минпромторгом в большей мере представляется направленным на установление политики импортозамещения. Международный опыт указывает на то, что индустрии, сформированные ради импортозамещения, не становятся локомотивами экономического роста.

Подобная политика также не защищает интересы работников, если в экономике не сформированы институты, усиливающие переговорную позицию наемного труда.

В таком виде протекционистские предложения выглядят скорее как перераспределительная мера, от которой выигрывает директорат компаний и проигрывают потребители.

Источник: https://www.forbes.ru/biznes/388231-pereraspredelenie-vmesto-proryva-pochemu-kontrsankcii-obrekayut-rossiyu-na

Рост протекционистских настроений в США: стоит ли волноваться?

Торговый протекционизм США: проигрывают все. Аналитический обзор

Эдвард Стоуртон Би-би-си

Правообладатель иллюстрации Getty Image caption Практически все претенденты на звание кандидата в президенты США выступают против свободной торговли

Предсказать результаты президентских выборов в Америке не представляется возможным, но уже можно с уверенностью утверждать, что следующий президент будет противником ТТП (Транстихоокеанского партнерства) – важного торгового договора между 12 странами, который США подписал в феврале.

Предвыборная кампания в США в 2016 году отличается протекционистской риторикой, что может привести к серьезным последствиям для всего остального мира.

Дональд Трамп всю свою жизнь выступает против договоров о свободной торговле, и именно эта поддержка протекционизма и стала центральной частью его кампании. На данный момент он — наиболее вероятный на выдвижение в президенты США от Республиканской партии.

«Мы – как копилка, которую ограбили!», — заявил он на митинге в Индиане в мае. «Мы не можем позволить Китаю продолжать насиловать нашу страну!».

Протекционизм как предвыборная платформа

Протекционизм Трампа практически зеркально отражается и на противоположной половине политического спектра.

Берни Сандерс, называющий себя социалистом, в начале этого года заявил: «С 2001 года в Америке закрылись 60 тысяч заводов, и многие из них закрылись из-за губительных торговых соглашений. Если я буду избран президентом, то я коренным образом переделаю торговые соглашения нашей страны».

Даже Хиллари Клинтон стала менять свою позицию, учитывая протекционистские настроения в стране. Будучи госсекретарем в администрации президента Обамы, она выступала за договор ТТП. Сейчас кандидат Клинтон говорит, что «изучает» этот договор, и что она «против того, что она узнала».

Экономические причины подобного единодушия кандидатов видны в таких городах, как Стилтон, штат Пенсильвания.

Город был назван в честь стали, и с 1860 года именно производство стали было его главной индустрией. Но сейчас вдоль всего берега реки Саскеханна стоят заброшенные сталелитейные заводы. Центральная улица города полна закрытых магазинов.

Image caption Ал Куигли уверен, что причина экономического упадка города — дешевый импорт

Я встретил одного местного жителя, оставшегося здесь, несмотря ни на что. «Импорт иностранной стали убил наши заводы», — говорит Ал Куигли, сидя в своем ресторане.

Ал Куигли открыл ресторан в 1952 году. В те времена, говорит он, в Стилтоне было примерно 6000 рабочих, и заводы работали в три смены, семь дней в неделю. Сейчас, по его словам, рабочих осталось не больше 600, они работают в две смены, и отдыхают по выходным.

Народное недовольство исчезновением рабочих мест в промышленности сконцентрировано на одной точной дате: в 2001 году Китай присоединился к Всемирной торговой организации, и эта громадная экономика, которая начинала расти на более чем 10% в год, стала полноправным членом мировой торговой системы.

Все понимали, что это приведет к корректировке экономики. Однако классическая экономическая теория утверждает, что, хотя импорт товаров приведет к потере рабочих мест в таких городах, как Стилтон, повышающийся уровень экспорта создаст новые рабочие места, возросшая конкуренция приведет к понижению цен, и со временем от этого выиграют все.

Однако результаты недавнего исследования Массачусетского института технологии (MIT) указывают, что в реальной жизни все происходит несколько по-другому.

Исследователи обнаружили, что традиционным промышленным городам, таким как Стилтон, напрямую затронутыми конкуренцией с Китаем после 2001 года, требуется гораздо больше времени, чтобы восстановить местную экономику, а многие рабочие места просто исчезают, и не заменяются новыми.

«Очень важно понять, что, в отличие от медицинских услуг или торговли, промышленность чрезвычайно сконцентрирована географически», — говорит исследователь MIT Дэвид Отор. «Это делают ситуацию более болезненной. Люди ощущают это на себе лично, если они работают в этом секторе промышленности, и потому что они живут в этих местах», — добавляет он.

Глава ассоциации производителей Пенсильвании Дэвид Тейлор – один из республиканцев, которому очень не нравится, что Дональд Трамп, по его словам, захватил его партию.

«Я про это говорю без устали уже 15 лет», — отмечает он. «И никто не хотел меня слышать – наши национальные лидеры абсолютно ничего не сделали. Я ненавижу Трампа. Но, к сожалению, этот вопрос, очень важный вопрос, оставался без ответа до тех пор, пока какой-то демагог вроде него не решил этим воспользоваться».

На самом деле у Республиканской партии давняя традиция протекционизма. Партия раскололась по этому вопросу в 1870-е и 1880-е годы, и постоянно заигрывала с протекционистскими идеями.

Image caption Президент Герберт Гувер занимал свой пост во время Великой Депрессии

Печально известный закон Смута-Хоули о тарифах 1930 года, который, по мнению почти всех экспертов, усугубил Великую Депрессию, приведя к торговой войне, был предложен конгрессменами-республиканцами и подписан президентом-республиканцем.

Закон Смута-Хоули о тарифах

  • Закон был принят в 1930 году. Он резко повысил таможенные пошлины на импорт более чем 20 тысяч товаров. В некоторых случаях пошлины были повышены на 50%
  • Изначально закон был рассчитан на то, чтобы защитить американских фермеров от сельскохозяйственного импорта, однако вскоре он был распространен и на многие отрасли промышленности
  • Экономисты того времени подписали петицию президенту Гуверу с просьбой не подписывать законопроект. Тем не менее он был подписан и вступил в силу
  • В ответ торговые партнеры США резко повысили тарифы на американские товары

В американском политическом словаре слово протекционизм также часто связывается со словом изоляционизм.

«Эти понятия взаимосвязаны», — говорит доктор Билл Гарстон из института Брукингса в Вашингтоне.

По его словам, теперешние настроения в американском обществе можно описать следующими словами: «Мы использовали силу Америки и потратили триллионы долларов, потеряли тысячи жизней – и не видим никаких результатов».

«Мы пытаемся действовать дипломатическими методами, но нас просто используют. Наше участие в глобальной экономике оказалось замечательным для корпораций, но не столь замечательным для всех остальных», — продолжает он.

Правообладатель иллюстрации Getty Image caption Великая Депрессия сопровождалась торговой войной, что привело к массовой безработице

Эксперты в Вашингтоне уверены, что после того, как Хиллари Клинтон будет избрана президентом, — и, судя по всему, это наиболее вероятный результат выборов, — она снова будет выступать за свободную торговлю и вновь станет поддерживать ТТП.

Скорее всего, пройдет довольно значительный период времени, прежде чем США ратифицируют этот договор. Многие сторонники свободной торговли опасаются, что это, в свою очередь, может создать условия для очередной торговой войны.

Карла Хиллс, которая занимала пост представителя США по вопросам торговли в администрации президента Джорджа Буша-старшего, говорит, что договор ТТП жизненно важен для сохранения лидерства Америки, и добавляет, что если он не будет ратифицирован, то партнеры примут ответные действия, и все «вернутся к закону джунглей».

Ее поддерживает Дэвид Отор, который по-прежнему убежден в необходимости свободной торговли, несмотря на его исследование о том, как конкуренция с Китаем отрицательно отразилась на жизни американских рабочих.

«Глобальная экономика была чрезвычайно интегрирована до начала Первой мировой войны, а затем, неожиданно, это [интеграция] прекратилось. Торговая война будет катастрофой – но это не значит, что этого не может произойти», — говорит он.

Источник: https://www.bbc.com/russian/international/2016/05/160530_usa_protectionism

Торговая война между США и Китаем — что ждать трейдерам?

Торговый протекционизм США: проигрывают все. Аналитический обзор

В начале 2018 года президент США развязал самую масштабную торговую войну XXI века. Ее инструмент – повышение пошлин. Основная задача американского президента – выполнение предвыборных обещаний в виде сокращения торгового дефицита, размер которого на момент выборов 2016-го года составлял $335,4 млрд. Чего ждать на рынке валютным спекулянтам, — давайте разбираться.

Не договорившись с Китаем об увеличении товарооборота на личных встречах двух лидеров стран и в ходе государственных переговоров, Белый Дом поэтапно повысил пошлины на весь импорт из КНР в целях борьбы с торговым дефицитом.

Дополнительные меры давления – запрет американским фирмам и госорганам США работать с китайскими технологическими компаниями ZTE и Huawei (в дальнейшем «черный список» расширится) и требование поддержки бойкота от стран-союзников: Великобритании, Австралии и Японии.

Ответ Китая

Власти КНР ответили США схожими мерами. Правда, Поднебесная отстает по суммам пошлин из-за меньшего объема импорта из США. Плюс часть пошлин, особенно на сырьевую группу товаров, намеренно занижена, чтобы не ослабить экономику, где происходит процесс замедления роста:

На очереди – отказ в поставках компаниям США редкоземельных металлов и продажа больших объемов облигаций ФРС США (Народный Банк держатель $1.1 трлн. американского долга).

Дональд Трамп уверен в победе – это не первая его торговая война

Американский президент уже выиграл две торговых войны, склонив партнеров по североамериканской зоне свободной торговли Канаду и Мексику подписать новый договор и «разбив» недавно Мексику, заставив ее закрыть границы с Центральной Америкой от нашествия мигрантов.

Сейчас Дональд Трамп идет по пути пересмотра договоров с Японией и Евросоюзом, — они тоже испытали на себе угрозы попасть под пошлины на автопром, сырье и некоторые, производимые только на этих территориях, товары.

Торговая война неизбежно закончится экономическим кризисом

Большая часть экспертов полагает, что причины торговой войны – выполнение предвыборных обещаний президента Трампа и выравнивание торгового баланса со всеми странами. «Америка превыше всего» — знаменитый лозунг, оправдывающий политику протекционизма.  

Однако в противостоянии с Китаем и рядом других стран напрямую страдает американский бизнес, причем не только от ответных мер оппонентов, — большое количество производств компаний из США находится за рубежом.

Торговая война с Китаем не будет завершена, — на это указывает нежелание Белого Дома подписать в мае договор и срыв всех дальнейших попыток Поднебесной продолжить переговоры.

Дональду Трампу необходимо спровоцировать экономический кризис, чтобы его победить.

Это залог его успешного выдвижения на второй срок и возможность войти в мировую историю наряду с Франклином Рузвельтом, победившим «Великую Депрессию».

До выборов остается год, поэтому Дональд Трамп готов «идти дальше», пообещав в июле дополнительно обложить пошлинами еще $300 млрд. импорта из КНР.

Прогнозы последствий торговой войны США и Китая

Замедление китайской экономики отразится на каждом мировом государстве, финансовом инструменте, сырье и потреблении сельскохозяйственных товаров. Властям КНР нечего противопоставить американскому протекционизму: любые ответные действия играют на руку целям Дональда Трампа и только еще больше ухудшают ситуацию.

Прогнозы международных финансовых институтов – Всемирного Банка, МВФ, ОЭСР — едины в оценке влияния торговой войны. Они полагают, что текущий рост 2019 года сменит замедление и последующая стагнация бюджетных доходов развитых и развивающихся стран. Статистика прогнозирует падение мирового ВВП на 1,5%, объема международной торговли на 6-8%.

На этом фоне Центробанки вынуждены вернуться к снижению ставок и возобновлению различных программ стимулирования нацэкономик. В 2019 году процентную ставку снизили Резервные Банки Индии, Австралии, за ними может последовать Канада и ФРС.

  • Смягчение денежно-кредитной политики приведет к ослаблению нацвалют до уровня минимумов начала 2000-х годов, повторив тренд рынка Форекс 2008-2016 года.

В частности, котировки EURUSD придут как максимум к «евродолларовому паритету» или опустятся до «стартовых» исторических значений 0,9.

  • Котировки «черного золота» могут достичь дна $30.

Замедление экономики Китая негативно повлияет на нефтедобытчиков, — основной мировой потребитель сырья снизит закупки нефти. Снижение добычи странами ОПЕК не сможет компенсировать выпадающие поставки, а часть участников картеля не сможет следовать ограничениям из-за бюджетного кризиса, спровоцированного падением госдоходов от сырьевой экономики.

Это в свою очередь приведет к росту процентов по облигациям. Вероятность дефолта госбондов «разогреет» спрос на казначейские займы развитых стран.

  • Спрос на золото рухнет вместе со стоимостью металла из-за роста процентов по государственным и корпоративным облигациям и слива ЗВР Центробанками, финансирующими часть бюджетного дефицита.

Еще одним ударом по котировкам драгоценного металла станет резкое падение спроса на серебро, 25% закупок которого обеспечивают высокотехнологичные отрасли. Это еще одно поле битвы в торговой войне США и Китая.

Победители в торговой войне – валютные спекулянты

Экономический кризис в результате торговой войны приведет к образованию устойчивых среднесрочных трендов. Это позволит заработать, «торгуя в одну сторону» по простым стратегиям, использующим даже скользящие средние, если подобрать правильные, большие периоды, использовать «положительный Мартингейл», а также стратегии реинвестирования и «пирамиды».

Однако не стоит забывать, что глобальные экономические кризисы скоротечны по причине общих усилий Центробанков и финансовых властей, предпринимаемых для вывода мировой экономики из состояния рецессии.

С уважением, Власов Павел
Tlap.com

Источник: http://tlap.com/torgovaya-vojna-ssha-i-kitai/

Поделиться:
Нет комментариев

    Добавить комментарий

    Ваш e-mail не будет опубликован. Все поля обязательны для заполнения.